Meri Que
Я отдал бы все, чтобы быть с тобою, но может тебя, но может тебя и на свете нету...

Разбор классического стихотворения на тему национального самоопределения

Уильям Батлер Ейтс родился в Ирландии в 1865 году на заре политического становления национального движения Ирландии. Юношей Ейтс был страстно поглощен этим движением, в котором от Англии добивались предоставления Ирландии независимости. Но во времена Первой мировой войны Ирландия, по-прежнему, находилась в зависимости от Великобритании. Молодые ирландские солдаты и летчики отправлялись умирать за Британию в войне с Германией. Для таких солдат вопросы: "Откуда я? Где моя страна?" были в действительности вопросами жизни или смерти. Ейтс дает нам возможность проникнуться рассуждениями одного из таких летчиков в своем драматическом монологе "Ирландский летчик предвидит свою гибель". Над тучами летчик думает о своем доме, ирландской деревушке Килтартан, и о смерти, которая ждет его.

An Irish Airman Foresees His Death

Ирландский летчик предвидит свою гибель

I know that I shall meet my fate
Somewhere among the clouds above;
Those that I fight I do not hate,
Those that I guard I do not love;
Я знаю, что ко мне спешит
Мой жребий где-то среди туч.
Я не люблю тех, чей я щит,
Мой гнев к тем, с кем я бьюсь, не жгуч.
My country is Kiltartan Cross,
My countrymen Kiltartan's poor,
No likely end could bring them loss
Or leave them happier than before.
Моя страна — Килтартан-Крест
Бедняк Килтартна — мой народ,
Урон иль счастье для тех мест
Уход мой вряд ли принесет.
Nor law, nor duty bade me fight,
Nor public men, nor cheering crowds,
A lonely impulse of delight
Drove to this tumult in the clouds;
Мне неприказы: долг, закон,
"Ура" толпы, вождя рука,
Один порыв восторга, он
Повел в рев битвы, в облака.
I balanced all, brought all to mind
The years to come seemed waste of breath,
A waste of breath the years behind
In balance with this life, this death.

1922

Я взвесил всё, всё рассудил:
Год новый — дымка в небесах,
Дым в небе — годы позади,
Вот жизнь, вот смерть — как на весах.

Ввиду того, что это — очень известное стихотворение — его довольно часто изучают на уроках в британских школах, — не всегда успешно, как считает Мониза Алви, современная английская поэтесса пакистанского происхождения, которую мы попросили прокомментировать это классическое стихотворение на тему национального самоопределения.

Она говорит: "Школьницей мне казалось это стихотворение очень мужским, а его язык очень прямолинейным, более прямолинейным, по-моему, чтобы он мне нравился в то время. Как-то особенно, стихотворение меня не поразило, хотя заинтересовало своей крайне подавленной интонацией. Но позднее, я рассмотрела его как стихотворение о войне среди других военных произведений и нашла его весьма трогательным."

Часть мужского начала в этом стихотворении состоит, по мнению Монизы Алви, в его пренебрежении к жизни. Ее слова: "Война фактически мужское понятие и она поощряет безразличное отношение к жизни человека. И летчик собрал это в себе, ему наплевать на свою собственную жизнь. Может быть, потому что он молод, что он мужчина и страстно рвется летать. Но также и потому, что он принимает участие в войне."

Летчик выражает это безразличие в виде ряда отрицаний в самом начале стихотворения.

Those that I fight I do not hate,
Those that I guard I do not love;

Эта война за Британию против Германии для него, ирландского летчика, ничего не значит.

I know that I shall meet my fate
Somewhere among the clouds above;
Those that I fight I do not hate,
Those that I guard I do not love;

My country is Kiltartan Cross,
My countrymen Kiltartan's poor,
No likely end could bring them loss
Or leave them happier than before.

Летчик соотносит себя с одним местом, не с Ирландией, а с Килтартанским Крестом, своей родной деревушкой. Это наводит Монизу Алви на мысль о множестве случаев, когда люди, находящиеся в растерянности между полюсами национального самосознания, обретают чувство места, которому принадлежат. Она говорит: "Это стихотворение заставляет задуматься над тем, как у людей формируется самоопределение. Ирландский летчик, наверняка, не относит себя к Британии. С трудом верится, что он ощущает свою принадлежность к Ирландии. Он связывает себя с Килтартанским Крестом. И я думала о подобной ситуации в сегодняшней Британии, где, например, у нас есть девочка-мусульманка, которая фактически родилась здесь и выросла здесь. Она разделяет для себя здешнюю культуру на культуру в школе и культуру дома. И мне интересно узнать, как формируется ее самоопределение."

Одной из потрясающих особенностей Ейтсовского стихотворения является то, что, несмотря на ряд отрицаний в его начале, оно видится как нельзя более целеустремленным. По мнению Монизы Алви, эта целенаправленная стойкость происходит от решительности стихотворения. Она считает, что "такой настрой стихотворения — это одна из его основных черт. Тональность, по всей видимости, заключается в смирении перед судьбой, в раздумьях, а в не бахвальстве. Кажется, Ейтс говорил, что он хотел написать стихотворение, которое было бы холодно и пламенно, как рассвет. И я вижу, что это стихотворение и холодно, и пламенно".

Все эти холодные решительные отрицания приводят к одному порыву. И этот порыв, что довольно-таки неожиданно, порыв восторга.

My country is Kiltartan Cross,
My countrymen Kiltartan's poor,
No likely end could bring them loss
Or leave them happier than before.

Nor law, nor duty bade me fight,
Nor public men, nor cheering crowds,
A lonely impulse of delight
Drove to this tumult in the clouds;

Для Монизы Алви этот "a lonely impulse of delight" (одинокий порыв восторга) является сутью стихотворения. Вот ее слова: "Там две ключевые строки:

A lonely impulse of delight
Drove to this tumult in the clouds;

Любопытно, что слово "одинокий" (lonely) — это единственное (sic!? — SD) прилагательное в стихотворении. Я думаю, что это имеет большую силу. Война, конечно же, состояние одиночества, смерть, которую принимают в одиночку, и полет тоже проходит в одиночестве. По-моему, это именно восторг, потому что летчик выносит из ситуации крайнего отчаяния что-то такое, что приносит ему наслаждение".

Летчик отбросил все, что он решительно отрицает: "ура" толпы" (cheering crowds), "руку вождя" (public men) и все народы, которые буквально под ним, на земле. А вверху, в тучах — милый сердцу рев битвы, вдохновленный его одиноким порывом.

Когда его чувства и движения самолета становятся более обозримы, Мониза Алви находит даже что-то привлекательное в летчике: "Меня, определенно, привлекает то, что он собирается вырвать какую-то часть удовольствия из своих предсмертных действий. Он, наверняка, чувствует, что вот-вот погибнет. И сейчас случится что-то вводящее в исступление, потому что он будет предаваться тому, что приносит ему наслаждение, — полету, что, по-моему, выходит за пределы принадлежности к какой-либо стране или обязанности сражаться в конкретной войне."

Nor law, nor duty bade me fight,
Nor public men, nor cheering crowds,
A lonely impulse of delight
Drove to this tumult in the clouds;

I balanced all, brought all to mind
The years to come seemed waste of breath,
A waste of breath the years behind
In balance with this life, this death.

Здесь, над тучами, летчик сбалансировал свой маленький самолет, и к тому же он нашел способ внести равновесие в свою жизнь. "Тот факт, что он через какое-то мгновение погибнет, заставил летчика оглянуться на прошедшую жизнь и, вероятно, подумать о ней настолько мрачно, что ему кажется, что годы прошли даром. А грядущее тоже, скорее всего, бесполезно, потому что он не видит своего будущего, как и, наверное, он не видит никакого будущего для своих земляков, бедноты из Килтартана. Но видимо то, из чего он все-таки что-то извлекает, — это идея полета на войне, действия, которым он упивается, и принятия смерти в возбужденном состоянии, но не по-геройски".

Сбалансированные предложения, завершающие стихотворение уравновешенными строчками:

The years to come seemed waste of breath,
A waste of breath the years behind

придают ощущение спокойствия голосу летчика и отражают покачивание самолета в полете. А в повторении слов "waste of breath" (дым в небе) видятся тучи перед ним и позади него. Летчик в согласии с тем, где он пребывает, он нашел свое место, оно в самолете. Как отмечает Мониза Алви, в состоянии отчаяния есть чувство спокойствия. Она говорит: "Последние строчки хорошо сбалансированы, они создает иллюзию того, что летчик мыслит здраво. Хотя на самом деле, как же он может рассуждать здраво, когда он знает, что ему суждено умереть? Это также создает ощущение присутствия летчика в воздухе на высоте, в самолете, который, покачиваясь, летит над землей".

I balanced all, brought all to mind
The years to come seemed waste of breath,
A waste of breath the years behind
In balance with this life, this death.

После разбора стихотворения Уильяма Батлера Ейтса, Мониза Алви сказала, что у нее возник несколько иной взгляд на свое первоначальное определение мужского в этом стихотворении: "Я не считаю его грубым, я считаю его мужским. На самом деле оно намного утонченнее, чем сперва представлялось. Это стихотворение не кажется мне бесчувственным. Ритм относительно стабильный, почти марширующий. В чем, по моему, это стихотворение "менее мужское", в традиционном смысле, так это в его задумчивости и обращению к чувству бесцельности, которое приходит с войной."

The years to come seemed waste of breath,
A waste of breath the years behind...



@темы: стихи